борис мастеров сайт

  Конструирование тренинговых процедур: технология и творчество (продолжение)  Автор: Борис Мастеров, кандидат психологических наук Сайт: http://www.masrerov-group.ru [1] 2 [3] [4] Описание содержательных / предметных результатов Для удобства мы рассматриваем содержательные результаты как баланс трех составляющих: Концепты идущие от тренера описания той реальности, которая является содержанием тренинга. То есть в результате данного эпизода тренинга участники усваивают некий концепт, которого у них до этого не было. В понятие концепта мы здесь вкладываем несколько иное содержание, чем в близкое понятие «знание теории» предмета. Последнее предполагает осознанное усвоение теории, осознанное понимание всех причинно-следственных и иных связей в той картине мира, которая задается теорией. Проверить результат «знание теории» можно двояко: 1) попросив человека воспроизвести описание («Признаками управленческой команды являются: ...»), и 2) предъявив ему некоторый объект реальности, попросить человека проанализировать его с помощью усвоенной теории и ответить на какой-либо вопрос («Является ли группа топ-менеджеров компании «Дикий гладиолус» управленческой командой?» - «Нет, не является, поскольку не обладает такими-то признаками!»). Теория требует в нашей культуре научной обоснованности: методологической, экспериментально-статистической или хотя бы эмпирической. Поэтому процесс усвоения теории с неизбежностью сопровождается вопросами о ее истинности, адекватности и пр. Такая учебная активность характерна для лекций и семинаров. Тренинг же учение на собственном опыте, на собственной «шкуре» (experiential learning). Это жанр, в котором святая обязанность тренера организовать опыт «здесь и теперь», в котором и происходит усвоение концепта как некоторого нового (частично или достаточно глобально) взгляда на ту реальность, которая является предметом тренинга. У участников появляется новая (полностью или частично) субъективная картина мира этого фрагмента реальности. Таким образом, концептуальным результатом мы считаем изменение в видении реальности, являющейся предметом тренинга, появление новых способов ориентировки в ней, предложенных тренером и присвоенных участниками: «Я теперь ясно увидел, как разный способ постановки задач подчиненному задает весь ход дальнейшего взаимодействия с ним, влияет на его мотивацию, инициативу, принятие ответственности», «Надо же, я теперь увидел, на чем «прокалываюсь»: ставлю задачу по алгоритму, а контролирую по результату! Теперь понятно, почему подчиненные не берут на себя ответственность, почему я все время злюсь на них!», «Теперь я вижу нестыковку: я по Майерс-Бриггс NT, а в организационной культуре этого подразделения преобладает менталитет SJ. Естественно, они меня не понимают, а меня раздражает их дотошность ну прямо-таки душу вытаскивают!» Это не просто «знание теории», а «сцепленное» с индивидуальным опытом личностное знание (14, 15, 23, 24). Инструменты. Инструментальным/технологическим результатом мы называем появление у участников новых способов действия в той содержательной области, которой посвящен данный тренинг и приводящих к необходимому результату. Здесь также уместен термин «технология», когда речь идет о комплексном инструменте. Например, активное слушание это коммуникативный инструмент/технология, позволяющий поддерживать контакт с собеседником, вызывающий у него ощущение понятности партнером, стимулирующий его к большей активности и открытости. Повестка дня, формулируемая по определенным принципам, является инструментом управления ходом переговоров и совещаний. Совокупность невербальных компонентов коммуникации может быть инструментом психологического позиционирования в деловом общении. Нередко именно владение инструментом/технологией заказчики тренингов называют словом «навык»: «знаю, что и как делать», «знаю, в каких случаях это нужно делать», «сумею сделать». Мы, однако, склонны употреблять слово «навык» не в обыденном, а в традиционно психофизиологическом значении как автоматизированное действие, или в данном контексте автоматизированное владение инструментом, технологией. В этом смысле о навыке активного слушания, например, можно говорить, если участник использует этот инструмент «на автомате», когда сознание его занято не тем, как сконструировать парафраз, как смотреть в глаза собеседнику, кивать головой и «отзеркаливать» его позу, а тем, как достичь партнерства, в какое содержательное русло направить беседу, мониторингом эмоционального состояния партнера, анализом его манипулитивных воздействий и пр. В двух-трехдневных тренингах участники редко достигают такого уровня владения инструментом/технологией. Обычно формат тренинга позволяет им лишь попробовать предлагаемый инструментарий, получить опыт его применения в модельных ситуациях, ролевых и деловых играх, почувствовать, насколько он удобен, насколько «стыкуется» с индивидуальными особенностями (менталитетом, коммуникативным стилем), немного «приладить к руке» (так называемая «отработка навыка»). Ресурсы. У каждого участника до и независимо от тренинга существуют свои, более или менее осознанные представления о той реальности, которая является предметом тренинга. То есть, у него существует своя субъективная